Проект «Дома и люди». Глава 6. Улица Грибоедова, 9

17 октября 2022 в 06:00
Поделиться
Класснуть
Отправить

В Витебске полностью снесли или до неузнаваемости изменили реконструкцией много примечательных зданий. Дома на улицах Чехова, 7; Калинина, 2; Ленина, 3б; Путна, 5; Титова, 1 и 3; проспекте Фрунзе, 84 — только некоторые примеры. Другие старинные здания, как например, на Комсомольской, 28, собираются возродить. Но пока на это найдут деньги, красивейший дом разрушается на глазах.

Дома — как и люди: у каждого своя биография, свой характер, своя судьба. И здания живы, пока жива память о них.

В проекте портала Vitebsk.biz «Дома и люди» своими воспоминаниями, живыми подробностями о том времени, когда эти дома существовали и были неповторимой частичкой витебской истории, с нами делятся их бывшие жители.

Сегодня приглашаем вас на старый добрый Песковатик — исторический район возле Смоленского рынка. В последние годы он очень изменился: тут строят элитное жилье, а старые постройки убирают. В начале 2000-х под снос пошел и деревянный дом №9 на улице Грибоедова (бывшей 2-й Ветряной). На его месте сейчас палисадник между новостройками. И ничто не напоминает, что когда-то тут находилась 100-летняя усадьба, в которой жило четыре поколения одной семьи. Но память о родовом гнезде до сих пор хранят в российском Саратове — в семье уроженца Витебска Бориса Миндлина. Он, правнук строителя дома, и рассказал нам эту совершенно удивительно историю.

Дом на Грибоедова, 9 в 2002 году. Фото: семейный архив Бориса Миндлина

Историческая справка: Улица Грибоедова начинается от Смоленского рынка и через 700 метров заканчивается на берегу Западной Двины. В XIX веке этот район — Песковатик — был окраиной Витебска. Местность так назвали из-за песчаной почвы. Здесь находилась ветряная мельница, она и дала названия соседним улицам: 1-й, 2-й и 3-й Ветряным.

1-я Ветряная — современная улица Чехова, 2-я Ветряная — отрезок улицы Суворова от Чехова до 1-й Краснобригадной, 3-я Ветряная — нынешняя улица Грибоедова. В начале ХХ века 3-я Ветряная при перепланировке района стала 2-й Ветряной. В честь поэта, дипломата и композитора Александра Грибоедова ее переименовали в 1950-м.

Современный вид улицы Грибоедова, где находился дом №9. Фото: Татьяна Матвеева

В июле 1901 года на Песковатике произошел чудовищный пожар. Сгорело около 1,1 тысячи построек, без крова остались почти 800 семей. А так как они тогда были многодетными, то количество жертв доходило до 4,3 тысячи человек. В основном огонь уничтожил деревянные хижины местной бедноты, но сгорели также больница, приходское училище. После пожара городские власти решили тут строить уже каменные дома.

«Дом в 1903 году построил прадед — Песковатик возрождался после пожара»

Герой нового выпуска проекта «Дома и люди», Борис Миндлин, живет почти в 1,5 тысячи км от Витебска — в Саратове. Но своей родиной называет наш город.

Я родился в 1953 году. В моем паспорте в графе «место рождения» стоит «Витебск». И с вашим городом меня многое связывает. Из роддома меня принесли в дом прадеда. Улица Грибоедова, 9 — мой первый адрес. Здесь я жил до 3 лет. Пока родители устраивали свою жизнь после учебы в Москве, меня воспитывали дедушка и бабушка. Потом отец с матерью забрали меня в Саратов, — рассказывает Борис Миндлин.

Дом на Грибоедова, 9 построил прадед Бориса — Хацкель Минц.

Прадед работал дамским портным — это занятие было семейным. Он родился в Колышках (местечко в Лиозненском районе. — Прим. Vitebsk.biz), а в 1903 году переехал в Витебск. Семейная легенда гласит, что прадед купил на Песковатике уцелевший дом, разобрал его, перевез и собрал на новом месте, за пожарищем — на 2-й Ветряной, 9.
Семья Минц. 1938 год. Слева направо: Серафима, Гирш, Борис, Ася, Берта. Фото: семейный архив Бориса Миндлина

Вкратце родословная нашего героя такая. У Хацкеля Минца было шестеро детей: дочь и пять сыновей. Один из них — Гирш, по-русски Григорий, — это дед Бориса Миндлина.

У Гирша с женой Бертой, в свою очередь, родились Борис, Серафима и Ася.

Серафима Григорьевна Минц — моя мама. А меня назвали в честь ее брата Бориса, моего дяди.
Серафима Минц у родного дома. На нем виден адрес: 2-я Ветряная, 9. Фото: семейный архив Бориса Миндлина

Борис Миндлин прекрасно помнит, как выглядел прадедовский дом:

Деревянный, одноэтажный, три комнаты и кухня. В центре — круглая голландская печка. За домом был большой приусадебный участок — примерно в 5 соток. Это как современная дача. На улицу вели высокие ворота с калиткой. На бывшем пепелище, между забором и домом, баба Берта сажала картошку и бобы. А за домом находились еще один огородик и палисадник. Там росли огурцы, крыжовник и цветы: розы, пионы, маки… В еврейской традиции в праздничные блюда добавляют мак, поэтому бабушка и выращивала это растение. На подворье стоял сарай, в котором хранили дрова и держали кур.

Рядом с домом находилась огромная поляна. И на ней семья Минцев… зарабатывала!

По воспоминаниям мамы, прадед использовал поляну как постоялый двор: пускал на ночевку крестьян, приехавших торговать на Смоленский базар на лошадях с телегами. За это брал какую-то плату. А уже позже, когда я подрос, бабушка Берта сдавала летом эту поляну соседу. Там росла высокая сочная трава, и он косил ее на корм козам и кроликам.
1948 год. Возле дома стоит Серафима Минц. Позади дома видна поляна, которую хозяева сдавали приезжим торговцам. Фото: семейный архив Бориса Миндлина

В войну в доме жила семья полицая

Когда началась война, семья Минцев рассталась.

Дед Гирш сразу же ушел на фронт, а баба Берта с детьми уехала в эвакуацию — в Саратов. Туда вывезли швейную фабрику, на которой до войны работал дед. На этом же предприятии в эвакуации трудилась и бабушка — шила шинели. И я страшно благодарен ей за то, что она одна, без мужа, с тремя детьми на руках, смогла покинуть родной город и уехать в неизвестность. Этим она спасла и себя, и детей, и все будущие поколения. А наша оставшаяся в Витебске еврейская родня погибла в гетто.
Гирш Минц. Фото: семейный архив Бориса Миндлина

В оккупацию дом на 2-й Ветряной, 9 пустовал недолго: уже в августе 1941-го тут поселился полицай с женой. Имя немецкого прислужника история умалчивает. Но с ним косвенно связан еще один поворот в нашем рассказе.

У деда был хороший друг Мойша Гиндеров, он же — шурин, брат жены Берты. Когда началась война, они вместе ушли в ополчение. Жена Мойши, Соня, умерла еще до войны, а его детей воспитывала домработница — белоруска Евфросиния (Фруза) Тимошенко. Дом Мойши на улице Задуновской (сейчас проспект Фрунзе. — Прим. Vitebsk.biz) сгорел, и Фруза с его дочерью — 19-летней Хаей (Аней) Гиндеровой, перебрались на 2-ю Ветряную, 9 — в дом своей родни, Гирша и Берты Минцев.
Хая Гиндерова (справа), 1934 год. Фото: семейный архив Бориса Миндлина

Вскоре после начала оккупации Витебска, в августе 1941-го, Хая попала в гетто в районе бывшего клуба металлистов.

Фруза носила в гетто еду и однажды помогла ей спастись. Когда начались расстрелы евреев, она передала Хае свитер, который девушка надела поверх кофты с желтой «звездой». Узница выбралась из гетто и несколько дней пряталась на огороде за нашим домом в кустах крыжовника. Это увидела жена полицая. Она заявила Фрузе: «Либо пусть еврейка уходит отсюда, либо я обо всем расскажу мужу».

В итоге ушли обе. Подались в деревню на Смоленщине — к отцу Фрузы. Женщина выдала Хаю за свою дочь. Покаялась отцу: мол, это мой городской грех, родила без мужа. Позже она выправила девушке документы, и еврейка Хая Мойшевна Гиндерова стала белоруской Анной Михайловной Тимошенко. Выходила ее от тифа. То есть относилась, как к родной дочери. В 1943 году Хая оказалась в Саратове, работала, вышла замуж, родила дочь. А Фруза переехала к ней и жила в ее семье до своей смерти.

Евфросиния Тимошенко. Фото: семейный архив Бориса Миндлина

Евфросинию Силантьевну Тимошенко признали праведницей народов мира. Это почетное звание присваивают неевреям, спасавшим евреев в годы нацистской оккупации Европы, рискуя при этом собственной жизнью.

На 1 января 2021 года Институт Катастрофы и героизма «Яд ва-Шем» в Иерусалиме признал праведниками мира около 28 тысяч человек из 51 страны. В Беларуси это звание получили 676 человек.

После войны в доме некоторое время жил Батька Минай

После освобождения Витебск лежал в руинах. Но дом №9 на 2-й Ветряной уцелел.

Повезло ещё нескольким соседним домам, в основном, на нечетной стороне: №№ 3, 7, 11, 13, и дальше — №№21, 23, 25, 27. А четная сторона улицы практически вся находилась в развалинах. Я знаю, что, например, в доме №3 в 1945-1948 годах располагался молитвенный дом: все синагоги в Витебске были разрушены. А четная сторона улицы практически вся находилась в развалинах. Поскольку каждая целая постройка была роскошью, заселяли туда только самых заслуженных людей.

В нашем доме поселился Минай Шмырев (организатор партизанского движения в Витебской области в годы Великой Отечественной войны, Герой Советского Союза. — Прим. Vitebsk.biz). После войны бабушка Берта приехала к нему из Саратова, показала документы, что дом принадлежит ее семье. И Шмырев пообещал: мол, как только я перееду в новое жилье, дом за тобой.

И свое слово знаменитый комбриг сдержал. В 1947 году он переехал в дом с мансардой в тихом уголке города, в Лучесе — в переулке Крупской, 39. (Дочь Миная Шмырева, Дина, рассказывала журналистам, что эту усадьбу отцу построили в подарок, но место для нее он выбрал сам. — Прим. Vitebsk.biz). Берта Минц с детьми вернулась из Саратова в Витебск. Но домой приехали только дочки Серафима и Ася, сын Борис умер в эвакуации от дизентерии.

Гирш и Берта Минцы. Фото: семейный архив Бориса Миндлина

В 1949-м вернулся и глава семьи — Гирш Минц.

Дед был в заключении. От репрессий он пострадал дважды. Первый раз — в феврале 1935 года. Дедушка работал на швейной фабрике снабженцем, и начальник велел ему купить черной ткани для траурных мероприятий по случаю смерти Кирова (Сергей Киров — советский партийный и государственный деятель. — Прим. Vitebsk.biz). Гирш купил побольше, с запасом. Это истолковали как «подготовку к теракту на вождей». Дали ему 3 года: еще по-божески.

Вместе с дедом посадили троих его друзей: они компанией играли в преферанс по вечерам, и всех объявили «контрреволюционной группой». Товарищи были членами партии, а Гирш беспартийный. Из тюрьмы из всех четверых вернулся один дед. На вокзале в Витебске от волнения он упал в обморок: впервые увидел свою младшую дочь Асю. Когда его арестовали, бабка была беременная, а рожала уже без мужа.

С младшей дочкой связана такая семейная история:

Маленькая Ася выглядела, как кукла. Дед старался хорошо одевать ее, а одежда тогда представляла большую ценность. Осенью 1939 года Ася ушла гулять и ее «украли». Кто-то из соседей видел, как цыганка уводила девочку на берег Двины. Там она сняла с нее пальтишко, шапочку, варежки и ушла.

Бабка бросилась искать ребенка, ей помогала дворовая собака Альма. Она и нашла Асю и привела ее домой. Стоял ноябрь, девочка могла замерзнуть насмерть или простудиться. Но все обошлось. Вероятно, это событие сильно повлияло на Асю: всю жизнь она очень любила животных.

В войну с Гиршем, по словам внука, произошла «какая-то странная история», которая закончилась вторым арестом:

В 1944 году, уже под конец войны, ему дали новый срок — 5 лет, но за что — неизвестно, в семье не любили об этом говорить, тем более обсуждать такие вещи с детьми. А теперь уже не у кого спросить, что там было да как… Знаю только, что из второго заключения дед вернулся через 4 года после войны.

Новый хозяин дома нашел на участке клад

Шли годы, дочки Серафима и Ася выросли, уехали учиться, вышли замуж. Приезжали к родителям в отпуск, привозили своих детей.

Когда я родился, дед Гирш был очень рад внуку и старался сделать все для моего комфорта. Он поехал в Ригу и через своего брата Эфроима, который там жил, «достал» детскую коляску. Тогда это был огромный дефицит! Коляска представляла собой деревянную раму, обтянутую клеенкой, на больших колесах. В ней выросли не менее пятерых детей: я, мой брат Саша, соседка по двору Софья Гоман, мои двоюродные сестры Маришка и Света Векштейн. Но даже потом коляска была цела и приносила пользу: соседка возила в ней продавать на базар цветы.

Мы, внуки, обожали гостить у деда с бабкой. Я приезжал в Витебск на каникулы и школьником, и студентом. В 1962 году, когда родился мой младший брат, я даже одну четверть учился в витебской школе. И вместе со всеми ребятами изучал белорусский язык. А одно время дед работал в пионерском лагере под Витебском и пару раз брал для меня туда путевки. Детство — это лучшие годы жизни. И оно всегда вспоминается с ностальгией.

В 1968 году Гирш умер, и для семьи наступили тяжелые времена.

Одна бабушка не могла справиться с хозяйством, и в 1980-х годах дом пришлось продать.

Новый хозяин перенес вход в дом, сделал пристройку. И, когда копал возле фундамента, нашел клад с золотыми вещами.

Клад был приличный: по слухам, золота там было примерно на 20 тысяч рублей. Правда это или нет, но говорят, что владелец дома купил на полагавшуюся премию новый «Москвич». Кто, когда и почему зарыл клад, неизвестно. В семье дамского портного столько золота быть просто не могло. И вряд ли это был какой-то серьезный археологический клад: в таком случае о нем писали бы все газеты. Единственное объяснение: золото закопал полицай, живший в доме в оккупацию. Скорее всего, он его и награбил. Не исключено, что у жертв гетто.

×××

В начале 2000-х улица Грибоедова вошла в зону элитной застройки. Бывшая окраина стала престижным районом. Рядом с домом №9 построили красивую многоэтажку.

Дом прадеда оказался во дворе новостройки. Некоторое время он так и стоял там, но в 2004 году его снесли, вместе со всеми хозпостройками, огородом и палисадником, — вздыхает Борис Миндлин. — Последний раз я приезжал в Витебск в 2003 году. Сделал снимок, на котором мой сын Роман стоит у дома прапрадеда. В 2004-м сын сфотографировал уже руины на месте нашего родового гнезда. После этого я в Витебске не был: у нас в этом городе никого и ничего не осталось, а за могилами предков ухаживают друзья.
2004 год. Дом №9 уже снесли. Рядом с обломками дома стоит праправнук его строителя Роман Миндлин. Фото: семейный архив Бориса Миндлина

Наверное, те, кто пригнал к дому вашего прадеда экскаватор, даже не догадывались, что этой постройке — 100 лет, и что в ней жило четыре поколения семьи. Вам жаль, что усадьбы больше нет?
Я родился в Витебске, но вырос и постоянно живу в Саратове, поэтому считаю этот город своим местом на земле. Но, конечно же, мне жаль, что ничего не осталось от нашего витебского «гнезда». Хотя, нет… Кое-что всё же осталось. Когда дом прадеда лежал в развалинах, я попросил сына, чтобы он привез от него хотя бы щепку. Очень уж хотелось взять хоть что-то о нём на память. И вот эту щепку я храню — уже почти 20 лет.

Текст: Татьяна Матвеева. Фото: Татьяна Матвеева и семейный архив Бориса Миндлина

Предыдущие выпуски проекта «Дома и люди»:

Нашли опечатку? Выделите фрагмент текста с опечаткой и нажмите Ctrl + Enter.

17 комментариев
Цётка Алена
17 октября 2022 в 08:56
Море впечатлений от этой истории.
И первое очень неожиданное открытие для меня: я не знала, что Фруза - это уменьшительное от Ефросиньи! По детству помню крайне зловредную бабулю-соседку. Она сидела на лавочке у подъезда и громко всех ненавидела. За глаза мы её звали баба Фруза-кукуруза. :)
А ещё очень тронули фото: застенчивая красавица Серафима, дети во дворе.
Ну а уж история про спасенную еврейскую девочку вообще трогает до слез. Фруза рисковала жизнью. Что тут ещё добавишь.
Спасибо, что собираете и сохраняете такие рассказы
Валерия Фризен
17 октября 2022 в 09:50

Мне, живущей неподалёку, очень интересно было узнать историю этого дома. Написано просто шедеврально!

P.S. Если вдруг меня читает какой-либо учитель истории, то вот, намекаю: все истории из этого проекта - это уже готовый материал для внеклассных мероприятий))).

Aleksei81
17 октября 2022 в 10:21 ответ Валерия Фризен
Валерия, дополню:
" ... это уже готовый материал для внеклассных мероприятий)))с выходом на место!!!"
Валерия Фризен
17 октября 2022 в 11:11 ответ Aleksei81
Да-да, особенно актуально для СШ 10, СШ 3 и иже с ними в округе)
Антон Ребров
17 октября 2022 в 10:55
Я то же хочу сказать об одноме доме,Черняховского 18,букавдьно час назад там проходил остановился,посмотрел на этот магазин трусов на их порнографическую рекламу и защемило у меня сердце,какое раньше там было место,сколько судеб связанно с этим местом,малифисента не даст соврать,а тепенрь магазин трусов открыли :(
Татьяна Матвеева
17 октября 2022 в 16:57 ответ Антон Ребров
Антон, скажыце калі, а чым цікава месца, дзе зараз крама? Што ў тым доме на Чарняхоўскага было раней?
Антон Ребров
17 октября 2022 в 18:29 ответ Татьяна Матвеева
Татьяна, там было лучшее,что было с этим городом!!! Там был Гермес-лучшеее место в истории города Витебска.
p.s.Респект за МОВУ!!
Малефисента Местная
18 октября 2022 в 14:55 ответ Антон Ребров
Антон, в Гермес я ходила между парами, а так-то я любила "Форсаж" в яме, где сейчас пончики и подземный переход к евроопту)
AnJam
17 октября 2022 в 12:28
Очень крутой и интересный пост! Спасибо автору и герою за такой рассказ.

Тронула история Ефросиньи, которая спасла девчулю — до слёз.

И как удивительно похожи все члены этой семьи даже через поклонения — праправнук в 2004 году как копия своих дедов)

Ещё раз спасибо)

Галина Бобкина
17 октября 2022 в 12:55
Какие интересные судьбы! Какие захватывающие истории! И всё это о нашем городе, и о наших земляках. Браво за проект и его реализацию!
Малефисента Местная
18 октября 2022 в 14:54
Витебск биз, сделайте звёздочку возле постов, чтобы иметь возможность сохранять себе в избранное :)) Хотелось бы сложить в одну папку и по мере нужности пересматривать и перечитывать. Спасибо за такую интересную рубрику! Прочитала, как всегда, на одном дыхании)
Цётка Алена
19 октября 2022 в 15:58 ответ Малефисента Местная
Малефисента, ага, я тоже жалею, что нельзя собрать в одну папочку интересное
Maria88
19 октября 2022 в 12:36
Хочу поблагодарить автора статьи Татьяну Матвееву, а также своего дядю Бориса Миндлина за предоставленный для статьи материал! Я внучка Хаи Гиндеровой, и я много много раз слышала от бабушки её историю и историю семьи Минц, но читая эту статью все равно очень расстрогалась. Очень душевно рассказано. Надо сказать, что однажды и меня возили в Витебск и показывали дом по улице Грибоедова, 9. Правда я была тогда ещё маленькой (7 или 8 лет) и плохо помню подробности. И ещё, должна сказать, что не смотря на то, что я родилась и всю жизнь живу на Саратовской земле, считаю, что что корни мои в Витебске.
Татьяна Матвеева
19 октября 2022 в 13:14 ответ Maria88
Maria88, здравствуйте, спасибо вам большое за отклик. Такая обратная связь очень ценна для меня. Удачи вам!
Maria88
19 октября 2022 в 12:41
А ещё большое спасибо всем, кто оставил свой комментарий под постом и кого не оставила равнодушной история моей семьи!))
Олег Лебедев
20 октября 2022 в 10:27
Интересная история,живу здесь почти 20 лет. На месте дома огромное дерево.
sova
31 октября 2022 в 10:38
Какая интересная история! Спасибо, Таня!